Мухаметшин Рустам Фаридович - доцент кафедры анестезиологии, реаниматологии и токсикологии УГМУ; заведующий отделением анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии новорождённых и недоношенных детей №2 ОДКБ.
Свердловская область, 620028, Екатеринбург, ул. Репина, д. 3; 620149 Екатеринбург, ул. С. Дерябиной, д. 32
Rustam F. Mukhametshin.
3 Repin Str., 620028 Yekaterinburg, Sverdlovsk region; 32 S. Deryabinoy Str. 620149 Yekaterinburg
Ковтун Ольга Петровна – доктор медицинских наук, профессор, академик РАН, ректор УГМУ.
Свердловская область, 620028, Екатеринбург, ул. Репина, д. 3
Olga P. Kovtun.
3 Repin Str., 620028 Yekaterinburg, Sverdlovsk region
Давыдова Надежда Степановна - доктор медицинских наук, профессор кафедры анестезиологии, реаниматологии и токсикологии.
Свердловская область, 620028, Екатеринбург, ул. Репина, д. 3
Nadezhda S. Davydova.
3 Repin Str., 620028 Yekaterinburg, Sverdlovsk region
620002, Екатеринбург, ул. Мира, д. 19
Andrew A. Kurganski.
19 Mira Str., 620002 Ekaterinburg
Цель исследования — выявить предикторы летального исхода у новорожденных пациентов перед осуществлением медицинской эвакуации.
Материалы и методы. В обсервационное, когортное, ретроспективное исследование включили 564 новорожденных: группа выживших после 604 выездов транспортной бригады реанимационно-консультативного центра составила 526 пациентов, умерших — 38. Изучили анамнез, объективный статус на момент осмотра реаниматолога транспортной бригады, объем интенсивной терапии и ее коррекцию на этапе предтранспортной подготовки, мониторируемые параметры и показатели шкал прогноза.
Результаты. В группе умерших пациентов в сравнении с выжившими выявили статистически значимое преобладание недоношенных новорожденных (срок гестации менее 29 нед. в группе умерших — 55,26%; в группе выживших — 10,27%, р<0,001), статистически значимо большую потребность в применении высокочастотной вентиляции (0,57% [0,12-1,66] среди выживших и 7,89% [1,66-21,38] среди умерших, р=0,005), потребность в применении катехоламинов (адреналин 0,76% [0,21-1,94] среди выживших и 13,51% [4,54-28,77] среди умерших, р<0,001).
Среди умерших пациентов чаще диагностировали развитие ранней неонатальной инфекции (8,75% [6,47-11,49] и 26,32% [13,40-43,10], выжившие и умершие, соответственно, р=0,002) и поздней неонатальной инфекции (10,46% [7,97-13,39] и 23,6%8 [11,44-40,24], выжившие и умершие, соответственно, р=0,028). Определили статистически значимое различие фракции кислорода во вдыхаемой смеси (30% [30-30] и 45% [30-60], р<0,001), сатурационного индекса оксигенации (2,71 [2,54-3,03] и 4,48 [2,55-7,67], р<0,001) и соотношения SpO2/FiO2 (316,67 [313,33-320] и 207,25 [151,67-313,33] р<0,001), в группе выживших и умерших, соответственно.
С помощью модели логистической регрессии в исследуемой выборке выявили следующие предикторы летального исхода: масса при рождении, развитие ранней и поздней неонатальной инфекции и сатурационный индекс оксигенации.
Заключение. Низкая масса тела при рождении, развитие ранней или поздней неонатальной инфекции и повышение сатурационного индекса оксигенации являются факторами риска смерти новорожденных, требующих медицинской эвакуации.
Objective. To identify predictors of newborn infants mortality before medical evacuation.
Materials and methods. The observational, cohort, retrospective study included 564 newborns: 526 patients survived and 38 died after 604 visits of the resuscitation-consultation Center transport team (critical care transport — CCT team). Patient's anamnesis, objective data of a patient at the time of examination by CCT team, the volume of intensive care provided and treatment adjustments during preparation for the transfer, records of patient's monitored parameters and indicators of prognosis were analyzed.
Results. Compared to survivors, non-survivors neonates exhibited significant increases in premature new-borns (gestation period <29 weeks in 55.26% vs 10.27% in survivors, P<0.001) and significantly increased need in a high-frequency ventilation (7.89% [1.66-21.38] vs 0.57% [0.12-1.66] in survivors, P=0.005), and in cate-cholamines support (use of adrenaline was 13.51% [4.54-28.77] in non-survivors vs 0.76% [0.21-1.94] in survivors, P<0.001). Both early and late neonatal infections predominated in non-survivors: ([26.32% [13.40-43.10] vs 8,75% [6,47-11,49, early infection, non-survivors vs. survivors, respectively, P=0.002) and (23.6% 8 [11.44-40.24] vs 10.46% [7.97-13.39], late infection, non-survivors vs. survivors, respectively, P=0.028). Significant differences in the fraction of inspired oxygen (30% [30-30] vs 45% [30-60], P<0.001), oxygenation saturation index (2.71 [2.54-3.03] vs 4.48 [2.55-7.67], P<0.001), and SpO2/FiO2 ratio (316.67 [313.33-320] vs 207.25 [151.67-313.33] P<0.001) were found between the groups of survived vs. non-survived neonates, respectively. Logistic regression model revealed following markers of neonatal mortality: birth weight, development of early and late neonatal infection, and the oxygenation saturation index.
Conclusion. Low birth weight, development of early or late neonatal infection and an increase in the oxygenation saturation index are the risk factors of death in newborns requiring medical evacuation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.