COVID-19 остается одной из значимых причин госпитализаций и летальных исходов, нередко сопровождаясь септическими осложнениями. Для раннего выявления пациентов с высоким риском развития сепсиса и летального исхода требуются надежные и простые прогностические инструменты.

Цель исследования. Оценить прогностическую способность шкал REMS, NEWS, NEWS2, qSOFA и критериев SIRS в прогнозе сепсиса, септического шока и летального исхода у пациентов с COVID-19.

Материалы и методы. Выполнили ретроспективное исследование у 870 пациентов с подтвержденной COVID-19, госпитализированных в отделения анестезиологии и реанимации. Для каждого пациента рассчитывали баллы по шкалам REMS, NEWS, NEWS2, qSOFA и критериям SIRS при поступлении. Прогностическую способность шкал оценивали посредством ROC-анализа, временные ассоциации — модели пропорциональных рисков Кокса, кумулятивный риск исхода — методом Каплана–Мейера.

Результаты. Шкала REMS продемонстрировала удовлетворительную прогностическую способность для летального исхода и септического шока (AUC = 0,780 и 0,724 соответственно) и неудовлетворительную для сепсиса (AUC = 0,677), p  0,0001. Шкалы NEWS, NEWS2, qSOFA и SIRS показали неудовлетворительные результаты для всех исходов. Результаты анализа методом Каплана–Мейера показали, что у пациентов с высокими баллами по REMS сепсис, либо септический шок развивался раньше, сокращался период выживания (p  0,0001). По модели Кокса REMS имела наибольшее отношение рисков (ОР 1,215; 95% ДИ 1,178–1,254) и индекс конкордантности (C = 0,656).

Заключение. Экспресс-шкалы REMS, NEWS, NEWS2, qSOFA и SIRS обладают статистически значимой прогностической ценностью, однако только REMS обеспечивает удовлетворительную точность прогноза септического шока и летального исхода у пациентов с COVID-19. Ограничением исследования являлись его одноцентровый и ретроспективный характер.

Цель. Оценить по ключевым аминокислотным, биохимическим и биоимпедансным показателям, насколько сопоставимы нутритивные и метаболические эффекты двух аминокислотных растворов, различающихся по аминокислотному профилю и наличию сорбита, при их использовании в составе стандартизированной комбинированной послеоперационной нутритивной поддержки у пациентов абдоминальной онкохирургии.

Материал и методы. Провели проспективное рандомизированное исследование в двух специализированных стационарах. Включили 120 нутритивно сохранных пациентов 18–80 лет с опухолями толстой кишки I–III стадии и анестезиологическим риском II–III класса по ASA (средний ИМТ 25,3–27,6 кг/м²), перенесших плановые абдоминальные вмешательства и нуждавшихся в парентеральном белково‑углеводном питании не менее 5 суток. Пациентов случайным образом распределяли на две группы (по 60 в каждую): Амипарценин и Аминовен. Обе схемы предусматривали введение аминокислотного раствора 10 мл/кг/сут в сочетании с 10% раствором декстрозы 10 мл/кг/сут на фоне раннего энтерального питания. Аминокислотный и нутритивный профиль оценивали до начала нутритивной поддержки (T0), на 2 е (T1) и 5 е (T2) послеоперационные сутки. Основные показатели: сумма разветвленных аминокислот (BCAA_sum), сумма ароматических аминокислот (AAA_sum), отношение BCAA/AAA, интегральный показатель аминокислот цикла мочевины (UreaCycle_sum) и индексные отношения орнитин/цитруллин, аргинин/орнитин, аргинин/цитруллин. Дополнительно анализировали общий белок, альбумин, азотистый баланс, биоимпедансный показатель активной клеточной массы (АКМ), креатинин, маркеры функции печени и электролитный профиль. Для оценки клинической эквивалентности применяли анализ двух односторонних тестов (TOST) с заранее заданными границами клинически допустимой разницы (∆) для каждого показателя.

Результаты. К 5-м суткам в обеих группах отметили статистически значимые изменения общего белка и альбумина, отражающие переход ранней катаболической фазы и влияние нутритивной поддержки; межгрупповых различий по этим показателям не выявили, а TOST анализ подтвердил их эквивалентность в пределах предопределенных границ ∆. Суммарный уровень разветвленных аминокислот (BCAA_sum) увеличивался от T0 к T1 и затем стабилизировался к T2 в обеих группах; фактор «группа» и взаимодействие «группа×период» не были значимыми (p = 0,285 и p = 0,362 соответственно), однако эквивалентность по абсолютным значениям BCAA_sum на T2 при узкой границе ∆ = 10 мкмоль/л не подтвердили (p-TOST > 0,05). Для AAA_sum фиксировали различия по фактору «группа» (p = 0,035) и по взаимодействию «период × группа» (p = 0,0099) с выравниванием абсолютных значений к T2. Отношение BCAA/AAA и индексные показатели цикла мочевины (орнитин/цитруллин, аргинин/орнитин, аргинин/цитруллин) оставались стабильными, без межгрупповых отличий, и соответствовали критериям эквивалентности во все периоды наблюдения. По данным биоимпедансного анализа в группе Амипарценин зарегистрировали более выраженный прирост активной клеточной массы (по Фридману p=0,00001; межгрупповые различия в T1: p = 0,0048, в T2: p = 0,00014), тогда как в группе Аминовен значимой динамики не отметили; при этом TOST анализ с учетом широкой ∆ показал формальную эквивалентность по АКМ. Показатели креатинина, мочевины, трансаминаз и электролитов оставались сопоставимыми между группами и находились в пределах клинически допустимых интервалов; по этим показателям эквивалентность схем подтвердили.

Заключение. В раннем послеоперационном периоде растворы Амипарценин и Аминовен 10% обеспечивают сопоставимый аминокислотный, нутритивный и биохимический эффект в составе стандартизированной комбинированной нутритивной поддержки у пациентов абдоминального онкологического профиля. По большинству ключевых аминокислотных индексов (включая BCAA/AAA), маркеров воспаления, белкового обмена, функций печени и почек и электролитного баланса схемы соответствуют критериям эквивалентности. Обнаруженные различия по абсолютным значениям BCAA_sum, AAA_sum, UreaCycle_sum и малонового диальдегида (МДА) не трансформируются в клинически значимые сдвиги на протяжении первых 5 суток после операции.

Модуляция рецепторов сфингозин-1-фосфата оказывает разнообразные нейропротективные эффекты в условиях церебральной ишемии. В настоящей работе исследовали взаимосвязь между липидным составом мозговой ткани, липидным сигналингом и содержанием провоспалительного цитокина TNFα, а также экспрессией его рецептора TNFR1.

Цель. На модели острой церебральной ишемии у крыс оценить влияние FTY720 на липидный состав мозговой ткани, концентрацию церамида и экспрессию основных ферментов, участвующих в его образовании, а также на содержание TNFα и его рецептора TNFR1.

Материалы и методы. Исследование провели на 37 самцах белых нелинейных крыс массой 180–230 г. Острую ишемию головного мозга моделировали методом комбинированной необратимой перевязки левой общей сонной артерии и обратимой перевязки правой общей сонной артерии. Животных разделили на три группы: ложнооперированные, с острой церебральной ишемией и с ишемией при предварительном введении FTY720 (финголимод). На 3-й день наблюдения у выживших животных оценивали неврологический дефицит по шкале Гарсиа. Сфинголипидный и фосфолипидный состав ткани мозга исследовали методом тонкослойной хроматографии. Концентрацию церамида, экспрессию ферментов его биосинтеза, TNFα и TNFR1 определяли с помощью иммунофлуоресцентной микроскопии.

Результаты. Предварительное введение финголимода сопровождалось большей выживаемостью животных: 31% в группе FTY720 vs 20% в группе Ишемия (p = 0,043). Функциональные нарушения по шкале Гарсиа были значительно менее выражены в группе FTY720, чем в группе Ишемия: 14 [13,5; 15] vs 11 [10; 12,5] баллов (Me [Q1; Q3]), p  0,01). В группе FTY720 выявили снижение концентрации церамида в ткани мозга по сравнению с группой Ишемия (p = 0,0005), подавление экспрессии ферментов его синтеза — aSMase (p = 0,0012), nSMase (p = 0,0003), SPT (p = 0,0002) и CerS (p = 0,0001), а также снижение концентрации провоспалительного цитокина TNFα (p = 0,0003) и нормализацию экспрессии его рецептора TNFR1.

Заключение. Сохранение фосфолипидного состава мозговой ткани, снижение чрезмерного образования церамида и провоспалительных цитокинов сопровождается менее выраженным неврологическим дефицитом и повышенной выживаемостью крыс в острый период церебральной ишемии.

Черепно-мозговая травма (ЧМТ) остается одной из ведущих причин инвалидизации, а существующие подходы к нейропротекции обладают ограниченной эффективностью. Инертный газ криптон рассматривается как перспективный нейропротектор, однако данные о его действии при ЧМТ и на компоненты нейроваскулярной единицы (НВЕ) ограничены.

Цель. Оценить нейропротективный потенциал криптона при ЧМТ у крыс in vivo и при кислородно-глюкозной депривации (КГД) культур клеток НВЕ in vitro.

Материалы и методы. В эксперимент включили 48 крысы линии Wistar, распределенные в 3 группы: ЛО (ложная операция), ЧМТ (N₂/O₂ 70/30 %), ЧМТ + iKr (Kr/O₂ 70/30 %). Применяли модель дозированного контузионного повреждения открытого мозга. На 14-е сутки оценивали неврологический дефицит (тест постановки конечности на опору), объем повреждения головного мозга (Т2-взвешенные МР-срезы), морфологические изменения (окраска гематоксилин-эозин) и экспрессию GFAP и Caspase-3 (флюоресцентная иммуногистохимия, ИГХ). мРНК IL-1β, IL-6 и TNF-α в зоне повреждения определяли методом ПЦР. In vitro исследовали влияние прекондиционирования криптоном (Kr/O₂ 79/21 %, 24 ч) на выживаемость клеток нейронального происхождения (SH-SY5Y), глиального происхождения (C6) и эндотелия сосудов (Ea.Hy926) при КГД (4–6 ч).

Результаты. При моделировании ЧМТ развивался выраженный неврологический дефицит 2,5 (2; 5,25) балла, сопровождающийся большим объемом повреждения мозга 33 (28; 39) мм³. Ингаляция криптона приводила к уменьшению очага повреждения до 18 (15; 26) мм³ и ускоряла восстановление сенсомоторных функций: с 7-х суток показатели в группе ЧМТ + iKr были статистически значимо лучше, чем в группе ЧМТ, и к 14-м суткам приближались к значениям показателей группы ЛО. В группе ЧМТ + iKr содержание IL-1β и TNF-α в поврежденном полушарии уменьшалось примерно на 50 % относительно группы ЧМТ, оставаясь выше, чем в группе ЛО, а изменения IL-6 были незначимы. Гистологически в группе ЧМТ + iKr обнаружили менее выраженные отек вещества мозга, спонгиоз и нейрональную дегенерацию. При ИГХ анализе выявили тенденцию к более выраженному реактивному глиозу (GFAP) без различий по Caspase-3. In vitro прекондиционирование криптоном в условиях КГД не улучшало выживаемость нейрональных, глиальных и эндотелиальных клеток.

Заключение. Криптон оказывал выраженное нейропротективное действие при экспериментальной ЧМТ у крыс, уменьшая неврологический дефицит, объем структурного повреждения и выраженность воспалительного ответа. Отсутствие защитного эффекта в клеточных моделях НВЕ подчеркивает существенную роль системных и межклеточных взаимодействий в реализации нейропротекции криптона и необходимость дальнейших исследований механизмов его действия и оптимальных режимов применения.

Термические травмы, обусловленные внешним холодовым воздействием, остаются одной из наиболее значимых мультидисциплинарных проблем в медицине критических состояний. В случаях рефрактерной остановки кровообращения, развивающейся вследствие гипотермии, особое значение приобретает использование методов вспомогательного кровообращения, в частности системы веноартериальной экстракорпоральной мембранной оксигенации (ВА ЭКМО).

Цель — демонстрация успешного применения веноартериальной ЭКМО у пациента с тяжелой акцидентальной гипотермией, осложненной рефрактерной остановкой кровообращения на догоспитальном этапе.

Материалы и методы. Представили клиническое наблюдение пациента 42 лет с тяжелой общей гипотермией (температура 20,0°C), выраженной гемодинамической нестабильностью и последующим развитием рефрактерной фибрилляции желудочков. На фоне неэффективности стандартных реанимационных мероприятий на догоспитальном этапе инициировали ВА ЭКМО с последующим экстракорпоральным согреванием и проведением комплексной интенсивной терапии

Результаты. На фоне ВА ЭКМО и контролируемого согревания достигли восстановления сердечного ритма и кардиореспираторной функции. Отлучение от ВА ЭКМО выполнили на 3-и сут, от респираторной поддержки – в течение первых 2-х сут госпитального этапа. На 22-е сут пациент был выписан в стабильном соматическом состоянии без выраженного неврологического дефицита

Заключение. Ранняя догоспитальная инициация ВА ЭКМО в составе комплексной интенсивной терапии может быть эффективным способом лечения тяжелой акцидентальной гипотермии, осложненной рефрактерной остановкой кровообращения.

Пассивная эвтаназия и прекращение терапии, поддерживающей жизнь (ТПЖ), в современной российской практике оказываются нормативно неразличимыми, что порождает этические, юридические и клинико-практические коллизии для врачей отделений интенсивной терапии и усиливает моральный дистресс медицинского персонала.

Цель исследования прояснить различия между активной, пассивной эвтаназией и прекращением бесперспективной ТПЖ, а также показать, почему в российском законодательстве и профессиональных дискурсах эти различия не учитываются.

Материалы и методы. В исследование включили зарубежные и российские биоэтические, правовые тексты. Провели качественный анализ историографии, дополненный структурно-тематическим анализом философских дилемм, связанных с концом жизни..

Результаты. В ходе анализа выделили три ключевые линии разграничения: 1) между активным убийством и допущением смерти через отказ от вмешательства; 2) между пассивной эвтаназией и этическим прекращением ТПЖ; 3) между намерением врача ускорить смерть и намерением устранить медицинское препятствие естественному процессу умирания при готовности продолжать помощь, если пациент выживает. Показали, что российская правовая норма, фактически криминализирующая любые формы прекращения ТПЖ, сформировалась на фоне недостаточной рефлексии этих различий и приводит к расхождению между нормативным языком и реальной клинической практикой, где врачи вынуждены документально оформлять проведение лечения, однако на практике его опускать или изменять.

Заключение. Интеграция в российский контекст более тонких критериев оценки намерения, причинности и бесполезности лечения, разработанных в западной биоэтике, в сочетании с учетом локальных социокультурных контекстов и религиозных традиций, является необходимым условием для формирования последовательной модели регулирования конца жизни, снижающей моральный дистресс врачей и повышающей доверие пациентов к медицинским решениям.